шлепнулась на пол.
— Аха-ха-ха, — раздался сдержанный смех одноклассников.
Учитель поправил волосы и слегка покраснел. Казалось, он готов провалиться сквозь землю, не зная, как поступить.
— Эй, прекрати, идиот! Из-за тебя нас охранники скрутят! — громко закричала высокая девушка, сидящая недалеко от меня.
— Охо-хо, отвали! В этом чертовом кабинете сломана кнопка охраны. Мне сиповка одна из параллельного рассказала. Так что, не парьтесь, щеглы. У папочки все под контролем! — воскликнул парень, резко встав с места, что было чудовищным нарушением дисциплины по местным меркам.
Юрий не мог молчать дальше. Он достал платок из нагрудного кармана и аккуратно промокнул лоб. Затем, слабым голосом процедил:
— Сядь на место… ученик. Ты будешь наказан, если не успокоишься. Вот.
— Ааа, даже так? Не забывай с кем базаришь, холоп! — сверкая глазами, сказал Кураев. — Мои родители держат торговый центр! Я самого князя Извольского знаю. Подумаешь, эта стерва нажаловалась… Она сама хотела мне дать. А потом сказала, что якобы домогался.
Класс напряженно загудел. Ученики стали роптать. Кто-то оправдывал пацана, кто наоборот разозлился. Я увлеченно следил за развитием событий, понимая, что сейчас что-то будет. Но не ясно что именно.
— Тихо! Всем тихо! Мы не можем обсуждать твои проблемы. Ты должен немедленно сесть на место, — протараторил учитель.
— Оу, да… А может, я хочу прогуляться? Вы все меня задолбали! Тупая шарага для даунов, — воскликнул парень, продвигаясь вперед.
— Дурак, он тебя убьет! — пропищала какая-то девушка.
Но Кураев расхохотался сильнее, указывая на учителя, как на местного клоуна.
— Охо-ха, ты серьезно? Я не могу! У нашего уважаемого Юрия Демидовича нет боевой магии. Верно, Юрий? Скажите им всем! Вы пошли сюда потому, что в другое место вас просто не взяли. Пустышкам в нашем мире не сладко, что уж греха таить, — продолжил болтать школьник.
Надо было что-то решать. Демидыч покрыл себя грязью, причем весьма сильно. Выйти из класса или звонить по мобильному, значит проиграть сопляку. Что же делать?
— Кхм, учащийся Кураев! Я последний раз прошу тебя прекратить! — грозно сказал Демидыч, вскочив с учительского кресла.
— Да? А то что? — хихикнул парень, взяв с одной из парт ручку.
Мальчишка внимательно ее осмотрел, затем бросил обратно и обратился к учителю.
— Я изучал боевые искусства с пяти лет. Мне не нужна магия, чтобы ставить на место придурков. Конечно, ты будешь жаловаться, не так ли? И да, по уставу Академии я не прав. Но знаешь… пошло оно все. Надоело быть тупым роботом. Хочется слегка оторваться. Я прав, господа? Эй, что вы как не живые?
Школьник пытался навести смуту, заставив всех бесноваться. Но мало кто хотел попасть под раздачу. Пусть этот Юрий хоть трижды слабак. За дверью есть те, кто заметно сильнее. И несколько минут сладкой анархии вряд ли стоят часов (а может дней) тягучей печали.
Потому никто не откликнулся. Лишь одна из девчонок вяло похлопала, да и то резко бросила.
— Ну! Давай, Юрий, покажи свою силу! Ты же взрослый не так ли? Неужели не можешь прижучить одного жалкого школьника? Вы считаете нас детьми. Несмышлеными сопляками, не так ли? — заорал Кураев, подходя ближе к учителю.
— Что ж, теперь ясно, — произнес тот, резко снимая очки. — У меня действительно нет боевой магии, парень. А драться я не умею, чего уж.
— Хах, молодец! А крестиком вышивать можешь? Небось, мамочка научила! — сказал выскочка, чувствуя себя королем всего класса.
— Эээ тоже нет. С рукоделием у меня вечно проблемы. Дыру на рубашке зашить не могу. Не умею, — глуповато улыбаясь, сказал учитель.
— Ооо, вы слышали это? Грозный Юрий Демидович, который нас строит, не может заштопать рубашку! На курсы кройки и шитья запишись, дядя! А потом приходи. Понял, нет? — завопил Кураев, сходя с ума от щенячьего восторга.
— Зато умею колдовать с помощью заклинаний, — тихо, но твердо и холодно произнес учитель.
— Дааа, молодец! Скажи своей мамочке, чтобы испекла тебе сладкий тор… — парень не успел закончить.
Учитель его перебил, став говорить в руку какие-то странные слова. Он бормотал громко, гортанно. Казалось, в него вселилось темное существо. При этом закрывал рот ладонью, немного сутулясь, что смотрелось довольно пугающе.
— Э! Эй, дядь Юра, ты чего там удумал? Уже заплакал, бедняга? Бывает, когда ты без охраны. Ничего, вот скоро придут бойцы. Они тебе точно помогут, — улыбаясь произнес Кураев и протянул руку, чтоб похлопать учителя по плечу. Но с этим возникли проблемы.
Пацан резко отдернул руку, изменился в лице, вытаращив глаза. Учитель продолжал бормотать. Он стал немного покачиваться на месте. Закатил глаза, и кажется, впал в некий транс.
— Стой! Ты что делаешь, а? Хватит! Заткнись, дебил! — выпалил Кураев.
Потом замахнулся ладонью, отвесив себе звонкую оплеуху.
— Э, Сеня ты что творишь?
— Дурак, успокойся уже! — тут же воскликнули одноклассники.
— Тихо, это не я! — испуганно крикнул он, долбанув себя еще раз, теперь уже посильнее.
— Бар-бар, дар-мар, — болтал учитель. Казалось, от него расходятся волны, которые проникают в мозги.
Я немного напрягся. Вот это отличная сигма. Кто б мог подумать, что у скромняги такой крутой дар?
— А! Нет! Хорош, прекрати!!! — вопил парень, продолжая себя лупить.
Одноклассники замерли в оцепенении. Повисла напряженная тишина. Мощные шлепки резко врезались нам в уши. Лицо Кураева покрывалось красными пятнами, но это было только начало.
— Ах, аааа, хватит, пожалуйста! Больно! — причитал чертов выскочка, срываясь на всхлипы.
Только Юрий не спешил униматься, приготовив для барчука новое «развлечение». Тщетно пытаясь справиться с магией, Кураев свалился на пол и стал творить странную дичь.
Сначала он бился об пол, пытаясь пробить башкой доски. Потом полз вперед, собирая робой всю пыль. Затем снова стучал головой, и цикл опять повторялся.
Глава 23
— Аааа, сука, ты сдохнешь! Нееет хны-хнык, хватит, ай больно! — вопил Кураев, разбивая лоб все сильнее.
В какой-то момент, у него на башке возникла большая шишка, напоминавшая собой лампочку. Учитель имел неплохую фантазию, потому изменил заклинание.
Теперь парнишка стал подниматься с пола и падать. Всем весом на твердую поверхность, отбивая бока и спину.
Он больше не мог говорить, забыв о былой крутизне. Только хныкал и выл, словно раненный зверь. Удары его туши об пол заставляли нас резко вздрагивать. Казалось, школьник сломает себе все кости, превратившись в настоящую отбивную.
— Ооо, сукин сын! Падла сраная! — в конце прохрипел Кураев, обезумев от боли.
— Кхм, значит так? Ты зря оскорбил мою маму, — прервавшись произнес Юрий.
Он продолжил читать заклинание, на сей раз немного погромче. Тогда школьник подошел к первой парте, двигаясь как кукла на шарнирах.
